Знай, о ифрит, - начал рыбак, - что в древние времена и минувшие века и столетия был в городе персов и в земле Румана [13] царь по имени  Юнан. И был он богат и велик и повелевал войском и телохранителями всякого рода, но на теле его была проказа, и врачи и лекаря были против  нее  бессильны. И царь пил лекарства и порошки и мазался мазями, но ничто не помогало ему, и ни один врач не мог его исцелить. А  в  город  царя  Юнана пришел великий врач, далеко зашедший в годах, которого звали врач Дубан. Он читал книги греческие, персидские, византийские, арабские  и  сирийские, знал врачевание и звездочетство и усвоил их правила и  основы,  их; пользу и вред, и он знал также все растения и травы, свежие и сухие, полезные и вредные, и изучил философию, и постиг все науки и прочее.


   И когда этот врач пришел в город и пробил там немного дней, он  услышал о царе и поразившей его тело проказе, которою испытал его Аллах, к о том, что ученые и врачи не могут излечить ее. И когда это дошло до  врача, он провел ночь в занятиях, а лишь только наступило  утро  и  засияло светом и заблистало, он надел лучшее из своих платьев  и  вошел  к  царю Юнану. Облобызав перед ним землю, врач пожелал ему вечной славы и благоденствия и отлично это высказал, а потом представился и сказал: "О царь, я узнал, что тебя постигла болезнь, которая у тебя на теле, и  что  множество врачей не знает средства излечить ее. Но вот  я  тебя  вылечу,  о царь, и не буду ни поить тебя лекарством, ни мазать мазью".
   Услышав его  слова, царь  Юнан удивился и воскликнул:  "Как же ты это сделаешь? Клянусь Аллахом, если ты меня исцелишь, я обогащу тебя и детей твоих детей  и облагодетельствую  тебя, и  все,  что ты захочешь,  будет твое, и  ты станешь моим сотрапезником и любимцем!" Потом царь Юнан наградил врача  почетной одеждой [14], и оказал ему милость,  и спросил его: "Ты вылечишь  меня  от этой болезни без помощи лекарства и мази?" И врач отвечал:  "Да,  я тебя  вылечу". И  царь до крайности изумился,  а потом спросил: "О врач, в какой же день и в какое время будет то, о чем ты мне сказал? Поторопись,  сын моя!" - "Слушаю и повинуюсь,  - ответил врач, - это будет завтра". А затем он спустился в город и нанял дом и сложил туда свои  книги  и лекарства и зелья, а потом он вынул зелья и снадобья и вложил их  в молоток, который выдолбил,  а к молотку он приделал ручку и искусно приспособил к нему шар. И на следующее утро,  когда все это было изготовлено и окончено, врач отправился к царю и,  войдя к нему, облобызал перед  ним землю и велел ему выехать на ристалище и играть с шаром и молотком. А с царем были эмиры,  придворные,  и везири, и вельможи царства. И не успел он прибыть на ристалище,  как пришел врач Дубан, и подал ему молоток, и сказал: "Возьми этот молоток и держи его за эту вот ручку и гоняйся по ристалищу и вытягивайся хорошенько - бей по шару, пока твоя рука и тело не вспотеют и лекарство не перейдет из твоей руки и не распространится по  телу. Когда же ты кончишь играть и лекарство распространится у тебя по всему телу, возвращайся во дворец, а потом сходи в баню, вымойся и ложись спать. Ты исцелишься, и конец".
   И тогда царь Юнан взял у врача молоток и схватил его рукою, и сел  на коня, и кинул перед собою шар и погнался за ним, и настиг его, и с силой ударил, сжав рукою ручку молотка. И он до тех пор бил по шару и  гонялся за ним, пока его рука и все тело не покрылись испариной  и  снадобье  не растеклось из ручки. И тут врач Дубан узнал, что лекарство распространилось по телу царя, и велел ему возвращаться во дворец и  сию  же  минуту пойти в баню. И царь Юнан немедленно возвратился и  приказал  освободить для себя баню; и баню освободили, и постельничьи поспешили, и рабы побежали к царю, обгоняя друг друга, и приготовили ему белье. И царь вошел в баню, и хорошо вымылся, и надел свои одежды в бане, а затем он  вышел  и поехал во дворец и лег спать.
   Вот что было с царем Юнаном. Что же  касается  врача  Дубана,  то  он возвратился к себе домой и проспал ночь, а когда наступило утро, он пришел к царю и попросил разрешения войти. И царь  приказал  ему  войти;  и врач вошел, и облобызал перед ним землю, и сказал нараспев,  намекая  на царя, такие стихи:
   "Возвышаются все достоинства, коль отцом ты их
   Называешься, а назвать другого - откажутся.
   О ты, чей лик сиянием огней своих
   Прогоняет мрак дурного дела с чела судьбы!
   Да сияет лик и да светится неизменно твой,
   Хотя лик времен неизменно гневен и хмур всегда!
   Оросил меня своей милостью и благами ты, -
   То же сделали, что с холмами тучи, со мной они.
   И бросал в пучины богатства ты с большой щедростью,
   И достиг высот ты желаемых таким образом".
   И когда он кончил говорить стихи, царь поднялся на ноги и обнял  его, и посадил с собою рядом, и наградил драгоценными одеждами. (А царь,  вышедши из бани, посмотрел на свое тело и совершенно не нашел на нем  проказы, и оно стало чистым, как белое серебро; и царь обрадовался этому до крайности, и его грудь расправилась и расширилась.) Когда же настало утро, царь пришел в диван и сел на престол власти, и придворные и вельможи его царства встали перед ним, и к нему вошел врач Дубан, и царь,  увидев его, поспешно поднялся и посадил его с собою рядом. И вот  накрыли  роскошные столы с кушаньями, и царь поел вместе с Дубаном и, не переставая, беседовал с ним весь этот день. Когда же настала ночь, царь  дал  Дубану две тысячи динаров, кроме почетных одежд и прочих даров, и  посадил  его на своего коня, и Дубан удалился к себе домой. А царь Юнан все удивлялся его искусству и говорил: "Этот врач лечил меня снаружи и не мазал  никакой мазью. Клянусь Аллахом, вот это действительная мудрость! И мне  следует оказать этому человеку уважение и милость и сделать его своим собеседником и сотрапезником на вечные времена!" И царь Юнан провел ночь довольный, радуясь здоровью своего тела и избавлению от болезни;  а  когда наступило утро, он вышел и сел на престол, и вельможи его царства встали перед ним, а везири и эмиры сели справа и слева.
   Потом царь Юнан потребовал врача Дубана, и тот вошел к нему и облобызал перед ним землю, а царь поднялся перед ним и посадил его с собою рядом. Он поел вместе с врачом, и пожелал ему долгой  жизни,  и  пожаловал ему дары и одежды, и беседовал с ним до тех пор, пока не настала ночь, - и тогда царь велел выдать врачу пять почетных одежд и тысячу динаров,  и врач удалился к себе домой, воздавая благодарность царю. А когда  наступило утро, царь вышел в диван, окруженный придворными, везирями и эмирами.
   А у царя был один везирь гнусного вида, скверный и порочный, скупой и завистливый, сотворенный из одной зависти; и когда этот  везирь  увидел, что царь приблизил к себе врача Дубана и оказывает ему такие милости, он позавидовал ему и затаил на него зло. Ведь говорится же: ничье  тело  не свободно от зависти, и сказано: несправедливость таится в  сердце;  сила ее проявляет, а слабость скрывает. И вот этот везирь подошел к царю Юнану и, облобызав перед ним землю, сказал: "О царь нашего века и  времени! Ты тот, в чьей милости я вырос, и у меня есть для тебя великий совет.  И если я его от тебя скрою, я буду сыном прелюбодеяния; если же ты  прикажешь его открыть тебе, я открою его". И царь, которого встревожили слова везиря, спросил его: "Что у тебя за совет?"
   И везирь отвечал: "О благородный царь, древние сказали:
   "Кто не думает об исходе дел, тому судьба не друг".  И  я  вижу,  что царь поступает неправильно, жалуя своего врача и того, кто ищет  прекращения его царства. А царь был к нему милостив и  оказал  ему  величайшее уважение и до крайности приблизил его к себе, и я опасаюсь за царя".
   И царь, встревожившись и изменившись в лице, спросил везиря: "Про кого ты говоришь и на кого намекаешь?" И везирь сказал:  "Если  ты  спишь, проснись! Я указываю на врача Дубана". - "Горе тебе, -  сказал  царь,  - это мой друг, и он мне дороже  всех  людей,  так  как  он  вылечил  меня чем-то, что я взял в руку, и исцелил меня от болезни, против которой были бессильны врачи. Такого, как он, не найти в наше время нигде в  мире, ни на востоке, ни на западе, а ты говоришь о нем такие слова.  С  сегодняшнего дня я установлю ему жалованье и выдачи и назначу ему  на  каждый месяц тысячу динаров, но даже если бы я разделил с ним свое  царство,  и этого было бы поистине мало. И я думаю, что ты  это  говоришь  из  одной только зависти" подобно тому, что я узнал о царе ас-Синдбаде..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

   Пятая ночь

   Когда же настала пятая ночь, ее сестра сказала ей: "Докончи твой рассказ, если тебе не хочется спать".
   И Шахразада продолжала: "Дошло до меня, о счастливый царь,  что  царь Юнан сказал своему везирю: "О везирь, тебя взяла зависть к этому  врачу, и ты хочешь его смерти, а я после этого стану раскаиваться, как раскаялся царь ас-Синдбад, убивши сокола". - "Прости меня, о  царь  времени,  а как это было?" - спросил везирь.

Рекомендуем также:
  Сказка о купце и духе
  Рассказ первого старца
  Рассказ второго старца
  Рассказ третьего старца
  Сказка о рыбаке
  Рассказ о царе ас-Синдбаде
  Сказка о коварном везире
  Рассказ заколдованного юноши
  Рассказ о носильщике и трех девушках
  Рассказ первого календера

Будем благодарны, если Вы поделитесь этой страницей со своими друзьями: